"Мы за ценой не постоим!" Эта традиция советских времен вновь была востребована в 2002 году в "Норд-Осте". Сегодня "черный юбилей" этой "блестящей победы". Цена трагедии на Дубровке - 130 жизней невинных граждан, десять из них дети, десятки сирот и сотни инвалидов, тысячи морально уничтоженных людей, в чью жизнь по-бандитски ворвались, украв самое дорогое: родных и любимых.

У российской прокуратуры тоже "знаменательная" дата: пять лет служители Фемиды, как пчелки, не покладая рук, то продлевая, то закрывая расследование уголовного дела "Норд-Оста", настойчиво вели поиски тех, на кого можно "списать" преступление, чтобы спрятаться от ответственности.

Прошло пять лет. Время собирать факты…

Следствие не установило:
1. Сколько заложников погибло на Дубровке: официальная цифра - 130 - отличается от приведенной в материалах рассследования на 45 человек. Прокуратура не опровергла и не подтвердила это несоответствие, возможно, посчитав этих людей допустимой "погрешностью" арифметических расчетов, которой можно пренебречь;
2. Судьбу боевиков, участвовавших в теракте: по материалам прокуратуры, в здание ворвались 52 террориста, а после штурма "нашлось" только 40 трупов боевиков, застреленных спецназовцами. Можно посчитать еще одного, "неожиданно ожившего", но вскоре погибшего в результате автодорожного происшествия после интервью Анне Политковской, в котором он рассказал как об участии в захвате заложников, так и о своей работе в правительстве уже после теракта. Однако и в этом случае "баланс" по террористам у следователей не сходится. Видимо, более 10 "пропавших", выполнив свою задачу во время захвата и покинув зал живыми до штурма, продолжают наслаждаться жизнью, предпочитая не давать интервью о своей причастности к теракту; 3. Состав вещества, использованного во время газовой атаки, вероятно, считая это ненужной подробностью (в материалах следствия эта мысль сформулирована просто: "Состав газа для оказании помощи значения не имел");
4. Наличие в организме погибших "неидентифицированного" вещества ("ищу то - не знаю, что").

Итоги: следствие установило, что
а) "безвредный газ - "государственная тайна", приватизированная собственность Кремля, и потому недоступна ни тем, кто дышал этим газом в театре, ни мировому сообществу, несмотря на обязательства России по международным конвенциям;
б) коллективная одновременная смерть заложников после газовой атаки - результат совокупности факторов, в которой "газ", как поражающий фактор, не присутствует;
в) на основании заключений "титулованных экспертов" причинно-следственная связь между "газом" и смерью заложников отсутствует;
г) медицинская помощь пострадавшим в газовой камере была оказана в полном объеме, что обеспечило "низкую летальность" спецоперации, тем не менее в два раза большую, чем в газовых атаках Первой мировой войны;
д) заложники погибли в результате захвата здания, а не в результате действий спецслужб, погибшие - "жертвы преступления и терроризма". (В логике этого заключения есть маленькая "промашка": в течение 57 часов после захвата здания террористами заложники были живы, тогда как после штурма спецназа практически в одночасье погибли 114 невинных граждан. Факт преступления следствием установлен, но кто его исполнители?
е) внесудебная расправа со спящими боевиками - вынужденная мера: "сохранить" спецназ. Возможно, другие методы нейтрализации террористов показались штурмующим ненадежными. Реально эта акция - блестящая возможность одним выстрелом "убить двух зайцев" - убрать потенциальных свидетелей, которые уже никогда не скажут, кто включил им зеленый свет на улицах Москвы и помог уйти от судебного расследования (по российскому законадательству, смерть террористов, обвиняемых в гибели заложников, а в данном случае - в преступлении, которое боевики, расстрелянные спецназом, не совершили, - основание для прекращения следствия по делу без передачи его в суд);
ж) и самое циничное: "успешная операция" сохранила авторитет России на мировой арене". Это кощунство правоохранителей позволяет "измерить" цену человеческой жизни в России в единицах "авторитета страны".Через два года в Беслане, где погибло 330 заложников, жизнь в России еще "подешевела", обесценившись почти в три раза.

Россия - суверенная страна, всё у нее самобытно, и живет она в 21-м веке по своему "суверенному" календарю, измеряя время от теракта к теракту: "Норд-Ост" - 2002, Беслан - 2004, убийство Ани Политковской - 2006. Что год грядущий, 2008-й, нам готовит?